Константин Охрименко

Павел Селезнев, радиоведущий Ники FM, рассказывает о своем дедушке, Константине Охрименко:

— Мой дед Константин Охрименко. Вообще, он не мой родной дед. Бабушка вышла за него замуж уже после войны, я был младшим внуком, и так получилось, что все детство я был с ним. Он относился ко мне как к сыну, своих детей у него так и не было. О войне он старался не говорить. Я знаю мало: служил в морской пехоте. Участвовал в десанте на Южную Озерейку. Там спаслось очень мало народу, десант провалился, хоть был основным. Там же дед был ранен в руку. После недолгого лечения его отправили на уже завоёванную Малую Землю и он освобождал Новороссийск. В боях был ранен в ногу. В 44-м году с фронта отозвали всех водолазов на восстановление портовых хозяйств. Но дед попал на строительство моста через Керченский пролив. Мост был построен, и деда должны были наградить за его строительство. Но вскоре мост снесло ледоходом: северо-восточным ветром из Азовского моря в пролив нагнало лед, который 18 февраля 1945 года разрушил 32 опоры, так как мост не имел ледорезов. Буквально за несколько дней до этого по мосту проехала советская делегация, возвращавшаяся с Ялтинской конференции. Разумеется, о награждениях за строительство моста речь уже не шла, слава Богу, что не посадили. Теперь про этот мост и не знает-то никто. После войны дед осел в Новороссийске, поднимал затонувшие корабли, работал в рыбколхозе. Семейная легенда гласит, что познакомились бабушка Тоня и дедушка Костя следующим образом: бабушка вывезла из блокадного Ленинграда моего отца и его брата, по дороге жизни. Приехала на родину в Краснодар, где у нее украли все вещи, дети тяжело заболели тифом, и она в отчаянии, уже ни на что не надеясь, пошла топиться в реку Кубань. Из реки ее и вытащил дед Костя. История красивая, и жизнь была у них красивая, хоть и нелегкая. Дедушка умер в 1985 году, а бабушка в 1998.

О моем родном деде — Семене Селезневе известно и того меньше. Я его ни разу и не видел. Только на фотографиях. Прямо перед войной его посадили на 15 суток, за то, что дал кому-то не тому по лицу. В результате всю войну он прослужил рядовым в штрафных войсках, имел очень много наград, дошел до Берлина. Удивительно, но он ни разу не был ранен. Я знаю, что после войны он тяжело болел и умер довольно рано.

comments powered by HyperComments